Природа Америки: видимое и переоценка дикой природы*
Роберт Меннинг
*Сокращенный перевод КЭКЦ. Опубликовано: Natural resources jоurnal, 1989. —V. 29. —P. 25–40.
Утверждение Закона о дикой природе Конгрессом в 1964 г. ознаменовало собой выдающийся поворот в отношении американцев к природе. В сознании американцев природа эволюционировала от источников дья-вольщины и страха к источнику, во-первых, эксплуатации, а уже потом признания, сохранения и, наконец, охраны. Конгресс смело и выразительно расставил акценты этого решения, вписав в закон определение по-литики США в направлении «обеспечения американскому народу настоящего и будущих поколений помо-щи в сохранении природных ресурсов».
Природа играла лидирующую роль в американской истории от самого начала колонизации. Отягощен-ные культурным багажом своего европейского наследия, переселенцы взошли на просторы «ужасной пус-тынной дикой природы» в 1620 году. Эти религиозные фанатики и их прямые потомки воспринимали при-роду как угрозу их физической безопасности, но также и их духовному бытию. Согласно традиции иудейс-ко-христианского учения, дикая природа рассматривалась как антитезис Эдемскому саду и иным небесным благоволениям. «Cotton Mather», страстный пуританский проповедник колониальной Америки, разглагольс-твовал , обращаясь к своей конгрегации, что американская пустошь укрывает драконов, стада дьяволов, огненных летучих змей. Обязанностью каждого христианина, члена конгрегации, очистить дьявольскую глушь.
Вскоре природные места были расчищены под заселения, интерес американцев к природе стал эксплуа-таторским. Природа рассматривалась как источник сырья и материалов для повышения физических стандар-тов жизни и возможности превращения нации в конкурентно способную на мировых рынках. Заготавлива-лась древесина, добывались минералы, пожинались плоды дикой жизни, включалась в работу вода, распахи-вались и засеивались земли. Все эти усилия производились в массовом масштабе и часто в расточительной манере по отношению к материальным ресурсам природы, слывшим «сверх богатством и обилием».
К концу 19 века природная среда Штатов была полностью и драматично изменена, и цивилизация расп-ространилась на весь континент. Перепись 1890 года подтвердила, что нет больше американских первопро-ходцев; большей частью американская природа была избавлена от дикой жизни. Это привело к более прив-лекательному взгляду на природу, основанному на романтической ностальгии. Вместе с растущим богатст-вом американского общества пришло и время признания природы, но, увы… природа исчезла.
Природа была воспринята как еще одна важная редкая ценность. Сырьевые материалы природы были источником большей части американского благосостояния. Теперь же этот источник стал иссякать с угрозой полного истощения. Движение за сохранение этого периода концептуально учреждало более внимательное и благоразумное использование ресурсов, так же как и распространяло сведения о неограниченной их полез-ности. Как следствие, миллионы акров общественных земель, определенных однажды в частные руки, были возвращены в правительственное владение с целью воспитания управленческой этики.
Совсем недавно консервация стала содержать в себе сохранение. Движение за среду родилось в 1960 г. с целью популяризации экологии как науки взаимоотношений между живыми существами. Выживание чело-века рассматривалось как окончательно зависимое от сохранения качественной среды. Один из наиболее эффективных методов защиты среды заключался в охране больших территорий в их природном состоянии.
Сейчас ясно, что американцы оценили природу. Национальная система охраны природы, исходящая из Закона о дикой природе, охватывает сегодня более 80 млн.акров. Это территория приблизительно двух Но-вых Англий. Множество территорий сейчас изучается для природного назначения. И все же не совсем ясно, почему мы ценим природу так высоко. Закон дает повод задуматься, когда сообщает: «территории дикой природы могут быть переданы для общественных назначений с целью восстановительного, сценического, научного, образовательного, сохранительного и исторического использования». Очевидно, природа может служить нескольким различным назначениям. Этот документ обозревает некоторые из множества значений, в качестве которых может выступать природа в современном обществе.
ВОССТАНОВИТЕЛЬНАЯ ЦЕННОСТЬ
Возможно, наиболее осязаемой ценностью природы есть восстановление. Люди используют природу как центр и как окружение для восстановительной деятельности вне дома. В абсолютных терминах статистика производит глубокое впечатление. По приблизительным оценкам определенные территории дикой природы внутри национальных лесов приняли в рекреационные дни 12 млн. посетителей в 1985 г. Внутренние терри-тории национальных парков посетили около 1,7 млн. туристов, остававшихся на ночлег в том же году. Срав-нительная характеристика, однако, показывает несколько иную картину. Природное восстановление внутри
национальных лесов привлекло только 5,3% от всей рекреации вне дома в 1985 г. Приблизительно подсчита-но, что только от 6 до 15 процентов населения США когда-либо посетило назначенные для этого природные территории.
Но ценность природы в плане восстановления не может быть измерена только на основании количества посетивших ее людей. Большая часть ее ценности символизирует примитивистскую цель в спектре восста-новительных возможностей. Исследования рекреации показали, что существует много представлений о вос-становлении вне дома, и что есть потребность соответствующее разнообразие возможностей привести к вы-сококачественной системе. Этот вопрос недавно был формально определен в Спектр Восстановительных Возможностей (ROS). Природное восстановление является специализированным типом восстановительной возможности, подчеркивающим природность, уединение и свободу. Один способ восстановления способ-ности не является неотъемлемо более или менее ценностным, нежели иные способы в системе ROS. Его зна-чение заключается в определенном вкладе в расширенную систему восстановительных возможностей.
Тем не менее, для некоторых людей природа имеет специальную восстановительную способность. Пси-хологические исследования показали, что рекреация вне дома является, как и большинство иных человечес-ких действий, непосредственной целью: люди принимают участие в восстановлении вне дома для удовлет-ворения определенных мотивов. Количество мотивов, наиболее важных из отобранных исследователями образцов, тесно связаны с природой. Примеры таких побуждений включают наслаждение природой, физи-ческие упражнения, снижение напряжения, стремление уйти от шума и переполненности, учебу под откры-тым небом, свободу, самоанализ, достижение и некоторый риск. Без восстановительных возможностей при-роды удовлетворение искомых мотивов может быть неосуществимо.
Природа также располагает специальной ценностью для более «чистых» или высокоразвитых форм восс-тановления. Сакс, отображая восстановительную политику национальных парков, ссылается на философс-кие записи Фредерика Лоу Олмстеда, который подчеркивал потребность в возможностях для «рефлектив-ной» рекреации. Некоторые формы восстановления развивают «созерцательную способность» участников в момент, когда особое значение придается технике и окружению без привлечения технологий или иных общественных вмешательств. Философская литература о рыбной ловле, скалолазании повествует о потреб-ности природной, не разрушенной среды для применения высших форм этих восстановительных занятий. Некоторые писатели упоминают эти формы восстановления как «природо-зависимые». Это несколько огра-ниченная эмпирическая очевидность этого феномена. Эволюция восстановительной деятельности от нович-ков к более специализированным формам подтверждается примерами из жизни рыболовов, сплавщиков. В каждом случае приводятся ссылки в отношении более природного окружения, которое обеспечивает боль-ший спрос на обогащение навыков и опыта.
ДУХОВНЫЕ ЦЕННОСТИ В ПРИРОДЕ
Природа — мощный внушительный и всеохватывающий элемент нашего мира, и ее связь с вещами ду-ховными и даже религиозными неоспорима. Символизирует эту связь факт употребления слова «природа» более 300 раз в Старом и Новом Заветах. И все же, как описывает Станки в сопутствующей работе, природа была субъектом конфликтующих духовных интерпретаций. Ранее в этой главе говорилось о том, что пури-тане колониальной Америки рассматривали природу как антибожество. Природа вообще интерпретирова-лась как полная противоположность Эдемскому саду. Возможно, нигде более это не являлось таким очевид-ным, как в книге Ильи, излагающей историю Адамы и Евы и констатирующей: «Земля, подобная Эдемскому саду, была пред ними, за ними же простиралась необитаемая пустошь». Следуя раннему колониальному опыту, американская интерпретация природы стала в чем-то более легкой, хотя ее последствиям не отдава-лось предпочтения. Согласно учениям о происхождении, человеку предназначалось быть «плодовитым, раз-множаться, наполнять землю и покорять ее, властвовать над рыбами в море, птицами в воздухе и над всем живым, что двигается по Земле». Природа рассматривалась просто как кладовая сырьевых материалов для земного использования человеком. Соответственно природа и эксплуатировалась, уменьшая возможности дикой жизни.
Совсем недавно природа и ее основное проявление — дикая жизнь подвергались более подходящему ду-ховному обращению. Начиная с 19 века интеллектуалы Конкорда ведомые Ральфом Эмерсоном и Генри То-ро, излагали свой комплекс философии трансцендентализма. Обуславливая серию высших духовных истин, трансцендентализм предполагал природу, как обрамление или даже метафору этих истин. «Природа есть символ духа» — писал Эмерсон. Торо пошел еще дальше, предполагая природу высшим созданием Бога, и чтоб наилучшим образом узнать Бога и его откровения, нужно по возможности быть ближе к природе. Она лучше, чище и свободнее. Природа даже может быть физическим проявлением божьей воли. «Не природа ли, правильно истолкованная, обычно просто символизирует ее?» — спрашивал Торо.
Трансцендентальное представление природы было энергично воспринято энтузиастами. Выделяется сре-ди них Дж. Мюир, характеризующий природу как «открытое окно в небеса, зеркало, отображающее Твор-ца». Отстаивая долину Хетч Хетчи в Йосемитском национальном парке от предложенной постройки дамбы, Мюир негодовал: «Дамба Хетч Хетчи! Неслыханно! С таким же успехом дамбами могут служить человечес-кие церкви и храмы, ибо нет более святейшего храма, освященного когда-либо сердцем человека».
Трансцендентализм жив и по сей день. Разрушение среды часто характеризуется как «осквернение», тер-мин с очевидной религиозной тональностью. Джон Денвер прославляет Скалистые горы как «кафедраль-
ные». Духовные ценности и индивидуальный самоанализ часто приводятся аргументом в мотивации людей, посещающих природные территории. Недавняя книга Л. Грэбер представляет природную защиту, подтверж-денную конституционной основой сохраняющейся религиозной свободы.
ПРИРОДА И КУЛЬТУРА
В сознании многих природа сделала вклад в особенность американской культуры. Нэш, например, заме-чает, что колониальная Америка, как и большинство новоиспеченных наций, противостояла отсутствию культуры. Американцы не имели большой истории, искусства или архитектуры, которые могли конкуриро-вать с их европейскими предками. Скорее общим из качеств, сделавшим Америку особенной, была гранди-озность и свобода ее природы. Многие из первых американских вкладов в мировую культуру прославляли ее природное наследие. Вильям Брайант, один из первых американских поэтов, достигших мирового призна-ния, предметом творчества выбрал романтичные американские леса. Джеймс Фенимор Купер снискал широ-кую мировую известность благодаря своим новеллам о приключениях в американской глуши. Томас Коул, Фредерик Черч, Альберт Бирштадт, Томас Моран и другие американские художники предопределили рабо-ту по ландшафтному творчеству вместе с их акцентом на силу и возвышенность американского природного пейзажа. Имидж Америки стал увязываться с ее природным состоянием.
Есть предположения, что природа не только сформировала американский физический и ментальный имидж, но и его индивидуальность. Наиболее показательны в этом смысле «первопроходческие тезисы» Фредерика Дж. Тернера. Тернер верил, что опыт пионеров, приобретенный в пустошах во время первопро-ходства, помог понять им смысл независимости, сурового индивидуализма, собственного достоинства, кото-рые определяют особую американскую индивидуальность. Более того, эти характеристики, развитые их опытом природы, превратились прямо в наши формы демократии с их особой направленностью на утверж-дение персональной свободы. «Без этого природного опыта, — писал Тернер, — без свободы его возмож-ностей, не была бы создана формула социальной регенерации свободы в индивидуальную и собственную».
Не так давно У.Стегнер придал современное значение природе, как музею нашего культурного наследия. Природа Америки представляла возможность нового начала, место построения лучшего общества. Сохране-ние природы сегодня и в будущем знаменует наш успех и символизирует наш продолжительный потенциал. Как таковая, природа является «частью географии надежды».
ПРИРОДА КАК ТЕРАПИЯ
Долго существовала мысль о терапевтическом значении природы в физическом и ментальном смысле. Роберт Маршалл одним из первых начал писать об этих качествах серьезно. Превосходный пешеход, Мар-шалл на собственном опыте походов в начале 1900 годов убедился в физической пользе использования при-роды. «Волоча пятидесятифунтовый тюк во время вихря по заснеженному плато или взбираясь на острые вершины, выступающие высоко над лесом, — писал он, — все это заставляло тело различать звучность, жизненную энергию и силу, неведомые в нормальных условиях». Остается фактом, что большинство людей недостаточно часто посещает природу для развлечения или поддержки истинного физического состояния. Маршалл также утверждал, что природа имеет психологический эффек. Размышления Маршалла были наве-яны Зиг. Фрейдом и развитием науки психологии, которая предполагала, что ментальные дисфункции часто имеют место при подавленности желаний, вызванной стеснением общества. «Природа, — констатирует Маршалл, — обеспечивает возможность освобождения от такого состояния и выхода наружу эмоций и инстинктов».
ЭСТЕТИКА ПРИРОДЫ
Эстетика является еще одним направлением, в котором природа была подвержена значительному перес-мотру и толкованию. Горы, например, были однажды приняты вообще за «бородавки, прыщи, волдыри и другие безобразные деформации на земной поверхности». Научные успехи просвещения впервые заявили о том, что дикие территории планеты обладают логикой и порядком. Эти места, по всей видимости, могли быть созданы и сформированы собственно рукой Божьей. Это способствовало более сочувственному и приз-нательному взгляду на природу, вылившемуся в романтическое движение 17 и 18 столетий. Эдмунд Бурк формально поведал об этой эстетике в его книге «Философские исследования истоков наших идей о Возвы-шенном и Прекрасном», опубликованной в 1757 г. Дикая природа или пустошь все также воспринималась с ужасом и страхом, но будучи прекрасной, в то же время вызывала благоговение, и ее энергия выражалась внутри нас. Природа была возвышенной. Это была та возвышенность, впервые охваченная и изображенная американскими ландшафтными художниками, упомянутыми выше.
Роберт Маршалл развивал дополнительную софистику природной эстетики. Он признал, что природе присущи уникальные эстетические качества: это отделяет ее от всех мирских отношений, в которых она не состояла ни в один из периодов человеческой истории; она заключает в себе физическое окружение, которое мы превращаем в литературное, благодаря ее красоте; красота ее динамична и изменчива, она способна удовлетворять все наши чувства через увиденное, услышанное, испробованное, почувствованное, а также она обеспечивает наилучшую возможность по настоящему и совершенно оценить эстетическое наслажде-ние, не волновавшее доселе человека. Основываясь на этой философии эстетики, Маршалл подчеркивал осо-
бый вклад природы в качество жизни. На вопрос, сколько диких территорий нам нужно для этого, он отве-чал: «А сколько нам нужно симфоний Брамса?». Природа способствует качеству жизни, и нам следует иметь столько диких территорий, сколько мы сможем позволить себе.
Это значительное свидетельство эстетической ценности природы на сегодняшний день. Фотографии миллионов посетителей национальных парков и приравниваемых к ним территорий так же символичны, как и календари и настольные книги, издаваемые группами защиты среды. Желание увидеть красоту дикой при-роды считается одним из самых важных мотивов посещения природы.
ЭКОЛОГИЯ И ДИКАЯ ПРИРОДА
Экология — относительно новая наука. Слово «экология» не существовало до 1860 г., пока его не ввел в обиход германский эволюционист Геккель и смысл его состоит в изучении живых организмов и их взаимо-действия со средой.
Элементарное наблюдение экологических взаимоотношений производилось в Штатах еще в начале 19 века. В это время Дж. Перкинс Марш был свидетелем крупномасштабной расчистки холмистой местности Вермонта под сельское хозйство. Одновременно он наблюдал изменения водораздела — половодье во время таянья снегов и весенних дождей и пересыхание летом водных артерий. Марш теоретизировал это явление — корни деревьев удерживают почву, и вода, процеживаясь через нее, постепенно попадает в поток. Этот механизм обеспечивает относительно постоянный источник воды в потоке. Без деревьев и их корней внеш-ние воды сбегают с холмов не задерживаясь, смывая верхний слой почвы. Марш опубликовал свои наблю-дения в 1864 г. в своей книге «Человек и природа». Основываясь на тенденции человека к разрушению взаи-мосвязей в природе, Марш предлагал оставить большую часть «американской почвы… насколько это воз-можно, в ее первичном состоянии». Его аргументы повлияли на общину Нью-Йорка, убедив ее отступить от Адирондакского района с целью защиты количества и качества воды, поступающей к живущим у подножья. Это было одно из первых действий, направленных на широкомасштабное сохранение природы.
Сегодняшнее природоохранное движение базируется в основном на заботе о экологических взаимоотно-шениях. Наши сегодняшние технологические возможности по видоизменению экологических взаимоотно-шений массового характера могут угрожать нашему существованию путем разрушения жизненных компо-нентов среды, таких как чистый воздух и вода, плодородная почва, устойчивый климат. Приберегая боль-шие территории нашего внешнего окружения как природные — только так мы обеспечим себе нормальное существование.
Природа предлагает иную экологическую ценность в сохранении биологического и генетического разно-образия. Количество видов на Земле точно неизвестно, но в общем, по приблизительным подсчетам, превы-шает 10 млн. Несмотря на то, что вымирание видов является природным процессом, его уровень резко воз-рос в последние годы в соответствии с изменением среды человеком. Утрата биологического и генетическо-го разнообразия является серьезным делом на сегодня, исходя их его текущей и потенциальной полезности для общества. Растения и животные приносят много пользы человеку, благодаря их качествам, используе-мые в медицине и сельском хозяйстве. И все же большинство видов остаются неузнанными и неизученны-ми, их вымирание является большой потерей для общества. Природа помогает сохранить жизненные усло-вия, таким образом оберегая и обеспечивая продолжение эволюции видов.
ПРИРОДА И НАУКА
Если определенные типы познаний могут быть получены только из природных экосистем, значит приро-да имеет специальное значение для развития научной теории и знаний. Природа обеспечивает среду для эффективного изучения крупномасштабных экологических процессов, таких как лесная последовательность и функционирование водораздела, а также жизнь медведей и волков, отличающихся обширным жизненным ареалом. По словам одного писателя, природа «содержит ответы на вопросы, которые человек так и не нау-чился задавать».
Очевидность такова, что природные территории действительно используются как научные лаборатории. Недавние изучения примеров официально учрежденных заповедных территорий внутри лесов и националь-ных парков показали, что более 800 научных публикаций сфокусированы на вопросах этих территорий. На-учные труды включают такие области науки как экологию, ботанику, зоологию и геологию.
Природа также составляет интерес для науки в качестве опорного пункта среды. Живя своей жизнью день ото дня, мы неизбежно изменяем среду вокруг нас. Но долговечна ли будет эффективность такой сре-ды? Только через сходство с контролируемыми территориями мы сохраним в природе натуральную среду — это очевидно. Ольдо Леопольд был первым, кто предположил такой способ использования природы, когда писал, что природа является «базовой величиной эталонности, картиной того, как здоровая земля сохраняет себя как организм».
ПРИРОДА И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СВОБОДА
Нэш делает интересный вывод, что природа является основным источником интеллектуальной свободы или творчества. Комбинируя вместе работы многих философов природы, Нэш допускает, что природа спо-собствует образованию безупречной объективности, из которой и должна происходить оригинальная мысль.
Нестесненная человеческим влиянием природа воодушевляет интеллектуальную деятельность и разнообра-зие. Торо, например, видел природу, как «строительный материал жизни», в то же время Леопольд описывал историю человеческой мысли как «удачливую экскурсию от единичного начала», которым была «сырая природа».
Интеллектуальная свобода, вдохновляемая природой, нашла свое место в нескольких отраслях челове-ческого познания, включая религию и искусство. Пуритане шли в глушь Нового Мира, чтобы найти духов-ную свободу, как например мормоны в пустынях Юты. Таким образом Томас Коул и его последователи на-ходили в природе артистическое вдохновение. Совсем недавно природа была признана источником полити-ческой свободы. Эбби, например, пишет, что природа в некоторых случаях нужна «не только как убежище от избыточного индустриализма, но и как убежище от авторитарного правительства, от политического угне-тения». В похожем стиле писал Нэш (1982) о политическом обществе «1984» Дж. Оруэлла, которое уничто-жило природу по причине поддержки нею «свободы мысли и действия».
ПРИРОДА КАК МОРАЛЬНАЯ И ЭТИЧЕСКАЯ ОБЯЗАННОСТЬ
Есть точка зрения, которая трактует природу и ее компоненты, как имеющих внутренние ценности, кото-рые мы должны поддерживать в силу моральных и этических обязанностей. Эта идея берет начало из нес-кольких источников.
Ольдо Леопольд был первым, заявившим об «этике земли». Как ученый, Леопольд признавал человека частью большого экологического сообщества. Так же как мы наделяем моральными и этическими правами остальных членов человеческого сообщества, нам следует распространить эти права на членов нашего эко-логического сообщества. «Вся этика до сих пор развивалась, — пишет Леопольд, — полагаясь на единствен-ную предпосылку — индивидуум есть член сообщества независимых участников. Этика земли просто рас-ширяет границы сообщества и охватывает почву, воду, насаждения, животных или все вместе — Землю».
Распространение моральных и этических знаний на мир природы также поддерживается современными иудейско-христианскими учениями. Исходя из факта серьезного истощения многих природных ресурсов, Уайт полагает, что священные писания Возрождения, описанные раньше, могут советовать нечто отличи-тельное от традиционного смысла. Человеческое доминирование над остальными формами жизни может быть более подходяще истолковано, как форма ответственного управления, а не неразборчивое и безгранич-ное использование.
«Права» природных объектов были даже опробованы в судебной системе. В деле земель Долины Мине-рального Короля в Калифорнии, верховный судья Дуглас записал, что природа имеет законное право на при-сутствие в суде. Хотя такого мнения придерживалось меньшинство.
Права, присущие природе, являются новой развивающейся концепцией общности среды. «Журнал этики среды», один из наиболее содержательных изданий современных экофилософов, фокусирует свое внимание на этом вопросе. Предполагается, что природоохранное движение развивается от «мелких» антропоцентрич-ных традиций к «глубокой» биоцентричной философии. Для всех тех, кто верит в права, присущие природе, сохранение природы является выражением человеческих моральных и этических обязательств перед средой.
В Ы В О Д Ы
Тщательное изучение Закона о дикой природе показало, что Конгресс сосредоточился на некоторых цен-ностях природы для общества. Обзор природных ценностей, описанный в этом документе, подтвердил и упорядочил такие ожидания. Защитники природы, философы, исследователи имеют идентичные количест-венные и разнообразные способы показать то, что общество нуждается в защите природы сегодня и в буду-щем. Некоторые природные ценности более осязаемы, нежели другие. Восстановление природы требует фи-зического присутствия человека. В то же время, такие экологически важные компоненты как вода и воздух, могут очищаться сами более эффективно без вмешательства человека. Даже осознавая то, что только мень-шая часть человечества использует природу в прямом и узком смысле, мы понимаем, как огромна цена ди-кой природы для общества.
Похоже, разнообразие природных ценностей предполагает то, что они могут выпадать на долю людей выборочно. Некоторые ощутимые ценности, такие как используемые для коммерческого использования, напрямую регулируются определенными группами общества. Иные ценности, такие как защита биотическо-го и генетического разнообразия принадлежат вольно или невольно всем членам общества. Распределение этих выгод в обществе может иметь большой политический смысл в деле локализации цены природы на местах.
Знания о природных ценностях ограничены и недостаточны. Хотя широко используемые меры по защите природы, всеобщее признание природы способствуют расширению этих знаний. Развитие экологической философии помогает общественной политике в определении, насколько и на каких землях нужносохранять природу, как она должна управляться, как лучше использовать результаты исследований.
Существует мнение, что некоторые ценности конфликтуют. Рекреационное использование природы мо-жет уменьшать ценность природы в научных и духовных целях. Кажется лучше, если в будущем природа будет управляться малым или непрямым вмешательством человека. Наконец, природные ценности находят-
ся в развитии. В начале этой статьи предполагалось, что американский подход относительно дикой природы подвергся значительным изменениям. Эта тема очевидна в происходящих дискуссиях о ценностях природы.
Изначально наш взгляд на природу замечает малую часть ценностей природы. Но меняет-ся общество, природа, меняется наш взгляд. В процессе изменения общества значение природы выступает субъектом продолжающегося пересмотра. Так как природа становится дефицитом, возрастает обсуждение ее ценностей.
02.05.2024
Рубрики: Новости, Современная идея дикой природы