Парк нации для дикой природы
Дж. Кэтлин
*Опубликовано: Catlin G., 1968. An-Artist proposes a national park // Nash R. The american environment. — University of California, Santa Barbara: Addison-Weslay Publishing Company. — Р. 5–9.
Когда я впервые сюда прибыл на моем пути вверх по реке, что произошло в мае 1832 г., и расположился в форте компании, торгующей пушниной, мне сказали, что за несколько дней до того (когда огромное стадо буффало показалось на противоположном берегу реки, заполняя собою все обозреваемое расстояние), груп-па индейцев сиу верхом на конях перешли вброд реку, проведя там несколько часов, и на закате вернулись обратно в форт с 14 сотнями свежих языков буффало, которые были свалены в кучу и за которую они требо-вали всего лишь несколько галлонов виски, которые они вскоре выпили, затеяв легкое безобидное буйство.
Подобное отношение к жизням этих благородных и полезных животных, когда, насколько я знаю, ни шкуры, ни фунт их мяса, за исключением языков, не используется, совершенно убедило меня в моем пред-чувствии скорого исчезновения этих животных.
Из вышесказанного видно, что не только краснокожие, но и бледнолицые нацелены на уничтожение всей расы этих зверей. Судьба буффало интересовала меня, и перед тем, как я закрыл книгу (т.е. дневник), я отправился однажды под тень сливового дерева, где полежал на любимом месте в траве и написал следую-щее: — Считают и говорят, что человеку свойственно впадать в мечты; вот и я усевшись в тени дерева и достав с этой целью карманную карту Северной Америки и исключив мои мысли об абсолютно всего дру-гом, вскоре добился желаемой иллюзии. Эта маленькая карта, над которой я склонился, представилась мне как зеленая и живописная реальность. Я поднялся ввысь на воображаемых крыльях, которые с легкостью поддерживали меня в воздухе и откуда я мог видеть под собой оба океана, великие города востока и могучие реки. Я видел голубую цепь великих озер на Севере — Скалистые горы, и под ними у их основания, обшир-ные и почти безграничные равнины травы, которые были усыпаны пятнышками пасущихся стад буффало!
Весь мир плавно прошел передо мною. Я изучил его поверхность, континент за континентом, и все же нигде я не видел такой бесконечной и яркой зелени, которая устлала подобно ковром западные просторы моей страны. Больше нигде в мире я не видел бесчисленных стад буффало — я тщетно пытался увидеть их где-либо еще. И когда я опять повернулся к моей родной природе, я увидел их в движении! На расстоянии нескольких сот миль с севера на юг они кружили обширными полонинами и стадами — некоторые из них мчали разрозненными группами со свирепой необузданностью, некоторые лежали мертвыми, другие рыска-ли в поисках убежища, некоторые оседали и умирали, испуская вместе с глубокими глотками воздуха жиз-ненную кровь, и другие сражались в яростной битве за свою жизнь и землю, на которой они стояли. Немало времени прошло с тех пор, когда они покинули густые чащи леса и выбрали в качестве безопасного места безлесые равнины. Во многих местах среди кружащих стад буффало на флангах я видел скачущих диких ло-шадей. Я не видел стрел и не слышал гудения жил луков, их посылающих, но я видел, как падали их жерт-вы, из других жеребцов торчали блестящие пики, казавшиеся положенными на них, их лезвия сверкали на солнце, окрашенные кровью, и затем я потерял их из виду! В других частях (и таких было много) были вид-ны вспышки огнестрельного оружия — их жертвы падали также, и над их мертвыми телами в воздухе висе-ли маленькие облачка белого дыма, из под которых летящие всадники стремились вперед, чтобы смешаться и причинить смерть потоптанной куче.
Сотни и тысячи тел усеивали равнины — их обрезали и оставляли истекающими кровью, стаи волков, собак и стервятников пожирали их. Повсюду были видны мерцающие огоньки вигвамов и деревень, где обрабатывали шкуры, предназначенные для легкой жизни белого человека, где они продавались за виски, и бедные индейцы лежали пьяными и плачущими. Я посмотрел на города востока и увидел, что почти в каж-дой двери висела выставленная на продажу шкура буффало, и я также увидел дымки тысяч самогонных аппаратов, и я сказал: «О ненасытный человек, твоя жадность такова, что ты бы срезал шкуру со спины пос-
леднего животного этой благородной расы и лишил бы своих собратьев — людей их мяса, и вместо этого дал бы им яд!».
Многому из созданного природой суждено пасть от смертельного топора и уничтожающей руки культур-ного человека; а ведь так много из этого содержит печать благородства, вызывающего наше восхищение, и даже несмотря на всепобеждающий марш цивилизованных улучшений мы лелеем их существование и ста-раемся сохранить их примитивную неотшлифованность. Такие произведения природы всегда достойны за-щиты; и чем больше мы оказываемся оторванными от этой первозданной дикости и красоты, тем больше удовольствия просвещенный человек испытывает при возвращении в этим сценам, отдыхая глазами и ду-шой.
Такая «неотшлифованность и дикость» нигде не представлена более красиво, чем в обширных прериях Запада, но самые благородные из зверей и людей — индейцы и буффало, живущие здесь вместе, отправи-лись сюда из страха перед приходом цивилизованного человека, они попали на великие равнины запада и там стали дожидаться одинаковой судьбы, которая в этом последнем пристанище выразится в конце их ро-да, и их кости будут белеть рядом.
Может быть власть — это право, а хищничество — достоинство, может эти люди и эти благородные зве-ри «по праву» обречены на исход, который они не могут предотвратить. Это можно легко доказать — у нас есть цивилизованная наука, которая может это, или нечто другое, что сможет «покрыть» беззаконие цивили-зованного человека в потакании его чрезмерных аппетитов. Можно доказать, что слабые и несведущие не имеют прав, что во тьме добродетели нет, что божьи дары не имеют значения или заслуг, пока они не будут задействованы человеком (цивилизованным), выявлены им и обращены на его пользу и для его роскоши…
Читатель! Вникни в следующие расчеты и не забудь о них. Буффало (четвероногие, с чьих спин содраны шкуры), из которых сделаны ваши одежды, и мириады которых были некогда распространены по всей стра-не от Скалистых Гор до Атлантики, не так давно скрылись от цивилизованного человека, от его пугающего лика и нашли свое пристанише среди почти бескрайних прерий Запада. Инстинктивный ужас, испытывае-мый ими перед их смертельными врагами, сделавшими их легкой добычей, среди травы в лесу, заставил их пойти в обширные и безлесые равнины с травой в качестве места, где они были бы меньше подвержены на-падениям врагов, и только в этих покинутых местах тишины ( все-таки очень красивых) их можно найти, и по этим обширным степям или прериям они бежали, как и индейцы, в сторону «садящегося солнца, пока их стада не сгрудились и место их обитания не сузилось до узкой полосы страны по эту сторону Скалистых гор. Эта полоса страны, распространившаяся от провинции Мексико до озера Виннипег на севере, является почти сплошной травяной равниной, которая бесполезна, и такой должно быть всегда будет для цивилизо-ванного человека. Именно здесь буффало в основном проживают и вместе с ними, и кружа вокруг них, жи-вут и процветают племена индейцев, которых бог создал для того, чтобы они наслаждались этой прекрасной землей и ее богатством.
Очень грустно видеть, проезжая по этим областям, как эти благородные животные, славные и гордые, так быстро исчезают из мира, приходя к выводу о том, что их вид вскоре совсем вымрет, и вместе с ним мир и счастье (если не вообще существование) племен индейцев, которые занимают те же самые обширные и не-занятые равнины.
А как было бы прекрасно (это может представить тот, кто путешествовал по этим местам и кто может действительно оценить их), если бы они могли в будущем содержаться в великолепном парке, во всей своей первозданной красоте и дикости (защищаемые политикой правительства), где мир мог бы видеть во все вре-мена коренных индейцев в их классическом убранстве, галопирующих на диких лошадях с луками из жил, со щитами и копьями, среди летучих стад лосей и буффало. Такой парк мог быть красивым и волнующим местом, которое Америка могла бы сохранить и поддерживать в порядке для того, чтобы в будущем его мог-ли бы созерцать все желающие! Парк Нации, содержащий человека и зверя во всей дикости и свежести их природной красы.
Я бы не просил ни о каком ином памятнике в мою честь, ни о каком ином причислении к списку славных умерших, как о репутации основателя такого института.
02.05.2024
Рубрики: Новости, Современная идея дикой природы