Охота на волков как дикий садизм
В.Е.Борейко, КЭКЦ
Наверное, в мире нет больше ни одного вида животных, которого человек бы истреблял бы с таким ярым садизмом как волка.
В Советском Союзе волков убивали в любое время года,в любом количестве, с вертолетов и снегоходов, травили ядами, пытали капканами, уничтожали детенышей и беременных волчиц, травили гончими собаками, мучили на притравках. За убийство волков выдавали премии. Часть этого видового террора и сейчас продолжается в Украине, где охотникам разрешено отстреливать любое количество волков во время охоты на других животных ( 3), и практически полностью без изменений полный террор ведется в соседних странах- Беларуси и России.
Одних научных доказательств недостаточно, чтобы защитить волков. Должна быть разработана и этическая составляющая, предусматривающая симпатию и сострадание к волкам.
Волки, как считает американский биолог С.Хабер, более 30 лет изучавший волков, обладают развитым интеллектом, экспрессивностью и необычной эмоциональной глубиной (1,2). Это восхитительно разумные, экспрессивные и эмоциональные создания .
Волка слудует включить в число наиболее высокоразвитых, самых впечатлительных видов-дельфинов, китов, корилл и шимпанзе.
Из моральных соображений охота на человекообразных обезьян или дельфинов считается неприемлемой из-за их интеллекта или близкого генетического сходства с человеком. А на волков она разрешена. Волков редко рассматривают как самоценные живые существа, обладающими внутренней ценностью и правами.
Почему -то во всех статьях по защите волков не говорится о том, что волкам больно, когда их убивают или травят. А ведь это очень серьезный аргумент. Во время охоты волки не только гибнут, но и страдают, так как чувствуют боль, скорбь и испуг. К сожалению, масштабы страданий, как физических, так и эмоциональных, которые причиняет охота волкам, не принимаются во внимание.
Из-за охоты на волков остается определенное количество волчат, оставшихся без родителей, которые затем мучительно погибают от голода.
Один из авторов описывал такой зверский способ уничтожения волков : «Способ с незапамятных времен используется крестьянами Новгородской губернии. С середины июня до середины июля, слыша вой волчат, они отыскивают логово. Далее самые смелые из селян, дождавшись, когда взрослых волков не будет на месте, приближаются к логову, достают оттуда волчат, связывают веревками и несут к ближайшей реке. Затем прибивают их за лапы к круглым деревянным плотам и отпускают плыть по течению реки. Визг обезумевших волчат привлекал взрослых волков, которые пускались вслед за ними вдоль по берегу. Благодаря круглой форме плоты обычно уплывали на значительное расстояние, и если способ срабатывал, окрестности логова на некоторое время очищались от волков».( 13).
Сама охота на волков- -это постоянный стресс для них , она психологически и физически угнетает животных . Большое количество волков, будучи ранеными на охоте, затем погибают в жутких страданиях от потери крови. Классик охотоведческой литературы Л.П.Сабанеев приводит 3 разные способы калечения волчат в найденном логове, применявшиеся в различных регионах России. В числе их: ломка задних ног или перерезание в них сухожилий, выкручивание суставов двух накрест лежащих лап, втыкание волчатам под кожу заноз, выкалывание глаз, сжигание живыми. В окрестностях озера Ильмень принято было прибивать живых волчат к доске и пускать её по течению реки.
Среди видов охоты на волков встречаются совершенно живодерские, заставляющие животных мучиться от боли и страдать . Э.Сетон-Томпсон описывает : ««Никогда я еще не видал такой красивой волчицы, как Бланка. Ее ровная, густая шерсть была почти совершенно белого цвета.
Она повернулась, готовая вступить с нами в бой, и завыла. Это был протяжный, призывный вой. И вот с далекого холма донесся ответный вой старого Лобо. Но это был ее последний зов, потому что мы уже подбежали к волчице и ей были нужны все ее силы, чтобы защищаться.
Затем последовала неизбежная трагедия, воспоминание о которой не раз заставляло меня впоследствии содрогаться. Мы оба набросили по лассо на шею злополучной волчицы и погнали лошадей в противоположные стороны. У нее хлынула кровь из пасти, глаза остановились, лапы вытянулись и бессильно повисли. Мы отправились домой, увозя мертвую волчицу и радуясь, что нам удалось наконец нанести первый смертельный удар стае Лобо.»(10).
Или еще описание так называемой охоты на волка : « Но вот однажды, стоя на опушке леса во время облавы, я выстрелом свалил волка и подбежал к нему, чтобы добить его толстой палкой, припасенной для этой цели. Я бил по переносице, самой нежной части волчьего тела, а волк с диким исступлением смотрел мне прямо в глаза и при каждом ударе испускал глухой вдох. Вскоре лапы его судорожно задергались, вытянулись, по ним пробежала легкая дрожь, и они закоченели» (12).
Охотники нередко используют на охоте гончих псов, часами преследующих волков до изнеможения.
Вот как описывал жуткую охоту на волков при помощи гончих псов охотничий писатель-садист Е.Дриянский : «Наконец зверь очутился противу нас, саженях в десяти; Егорка молча показал его собакам и бросил свору из рук. Пять собак рванулись разом, и Сокол первый, грудь в грудь, сцепился с волком: оба они слились в одно неразрывное целое, покатились по земле и исчезли в водомоине; прочие собаки скучились и прыгнули туда же;( …) . Но вот из-за куста, между полынью, шмыгнуло что-то, со свистом, как спущенная стрела, и серый Чаус в мгновение ока сцепился с зверем и покатился с ним по пашне; собаки налетели на них гурьбой, и из них образовался один неразрывный клубок.К нам подскакали старик Савелий и граф. И вот в средине этого кружка что-то сильно поколебалось; собаки разлетелись врозь, и посреди них, как два достойные бойца, волк и Чаус поднялись на дыбы, схватились яростно и снова грянулись на землю; собаки снова накрыли их плотною бронею. Граф приказал принять зверя. Охотники прыгнули с лошадей, и Егорка первый, схватя волка за заднюю ногу, всадил ему в пах кинжал по рукоятку; собаки отскочили; на земле остался один только Чаус: пасть его впилась в волчье горло и замерла нем; зверь, хрипя, лежал врастяжку; стремянной бросился к Чаусу и рознял ему пасть кинжалом.» (14).
Такие же жуткие описания гончей охоты на волков и в романе Льва Толстого « Война и мир» : «. Очевидно было и для охотников, и для собак, и для волка, что теперь все кончено. Зверь, испуганно прижав уши, старался подняться, но собаки облепили его. Данило, привстав, сделал падающий шаг и всею тяжестью, как будто ложась отдыхать, повалился на волка, хватая его за уши. Николай хотел колоть, но Данило прошептал: «Не надо, соструним», — и, переменив положение, наступил ногою на шею волку. В пасть волку заложили палку, завязали, как бы взнуздав его сворой, связали ноги, и Данило раза два с одного бока на другой перевалил волка. «(11).
Писатель Аксаков в своей садистской охотничьей книжке « Записки ружейного охотника Оренбургской губернии « откровенно и не стесняясь описывал жестокость травли волков собаками :
– ”…добычливые охотники в Оренбургской губернии заганивают, верхом на лошадях, лис и волков и убивают их без помощи собак и огнестрельного оружия. (…). Цель этой охоты состоит в том, чтобы гнаться за зверем верхом до тех пор, пока он, выбившись из сил, не в состоянии будет сделать ни одного прыжка, и тогда убить его арапником, дубинкой или взять его живьем. »(5).
Удивительно, но ни в этой, ни в других охотничьих книжках этих писателей нет даже капли жалости или милосердия в отношении затравленного волка. Который перед своей гибелью перенес страшный испуг, страдания и боль.
Охота на волков с капканами , которая проводится официально в ряде стран и в наши дни, по сути является настоящими пытками беззащитного животного. Тот же Аксаков так описывал охоту на волков с капканами : «
«Если волк попадет заднею ногою, то уносит капкан дальше, но если переднею и высоко, то уходит недалеко; Пойманного в капкан волка, особенно без цепи и якоря, иногда бывает трудно убить и еще труднее взять живьем; отчаянное положение волка приводит его в бешенство, и тогда он делается опасным. Смелость и горячность многих охотников в таких случаях поистине изумительны! С дубинкой или палкой в руке охотник, всегда один, преследует зверя иногда по нескольку верст; задыхаясь от усталости, обливаясь потом, он нередко бросает шапку, рукавицы, тулуп и в одной рубахе, несмотря на сильный мороз, не отстает от волка и не дает ему вздохнуть; он старается загнать зверя в лес, потому что там он задевает капканом за пеньки и деревья и иногда так завязнете них, что не может пошевельнуться с места; тогда охотник уже смело бросается на свою добычу и несколькими ударами по голове убивает волка».( …) Очень странно, что волк почти никогда не отвертывает, не отрывает своей ноги, завязшей в капкане, несмотря на отчаянные усилия, которые он для того употребляет. Он нарочно задевает капканом за дерево или куст, мечется и вертится во все стороны; даже зайцу иногда удается оторвать ногу, а лисе очень часто».(5).
Когда волк попадает в капкан, он умирает не сразу, а долго мучается. Стальные зубья капкана мертвой хваткой захлопываются на его лапе дробя кости, мышцы, вызывая невыносимую боль. Попав в капкан, волк также часто мучаются от жажды, голода, температурных перепадов. Волки в капканах получают следующие повреждения – перелом, вывих, разрыв сухожилия, повреждения надкостницы, наружное или внутреннее кровотечение, повреждение скелетной мышцы, ишемия конечности, спинномозговая травма, повреждения внутренних органов, в том числе миокарда .
И это жуткое мучение может длиться несколько дней, а то и больше, до прихода охотника, который, чтобы не повредить мех, бьет животное по голове, раздавливает грудь, сворачивает шею или душит волка.
Вот как описывает страдания волчицы попавшей в капкан Э. Сетон-Томпсон в своем рассказе « Темногривый Билли» : «Волчица прыгнула на бьющуюся птицу и, резко сомкнув челюсти, прекратила ее мучения, однако ужасный звук – скрежет зубов по металлу – возвестил об опасности. Волчица оставила луня и прыгнула прочь с опасной земли, но приземлилась прямо во второй капкан. Высоко на ее лапе сжались смертоносные челюсти; волчица изо всех сил бросилась наутек, но попала передней лапой в стальные зубы еще одного затаившегося капкана. Никогда она не встречала столь соблазнительной ловушки. Никогда не была столь беспечна. Никогда не попадалась так основательно. Ярость и страх переполнили сердце старой волчицы, она рвалась и металась, с рычанием грызла цепи, и пена шла у нее изо рта. Из одного капкана она еще смогла бы вырваться, но не из двух. Отчаянные попытки освободиться приводили лишь к тому, что безжалостные челюсти крепче впивались в ее лапы. Волчица бешено щелкала зубами; она разорвала в клочья мертвого луня, и ее отрывистое хриплое рычание было полно безумия. Она кусала капканы, щенка, себя саму. Она разодрала лапы, угодившие в капканы, в бешенстве грызла свой бок и в неистовстве откусила собственный хвост. Она обломала все зубы о сталь, и ее покрытые кровавой пеной челюсти заполнились песком и глиной. Она билась, пока не упала, и то корчилась от боли, то лежала как мертвая, а набравшись сил, поднялась и вновь попыталась перегрызть цепи».(9).
Совершенно бесчеловечным и жутким способом уничтожения волков является использование против них яда. Наевшись отравы волки, как высокоорганизованные существа, испытывают страшные физические мучения. Вот еще одно жуткое описание: -”В конце марта 1958 г. два “ловчих куска” взяла волчица, приходившая вместе с волком-самцом. Причем кусков было только два и на долю волка ничего не досталось.Метров через 500 у волчицы началась рвота,она стала хватать снег, бросаться в стороны и, продя неровной (“пьяной”) рысцой еще 1,5 км , начала кровить и наконец абортировала прямо на снег. Мертвая волчица была найдена на второй день утром… При помощи фторацетата бария за период с декабря 1957 г. по март 1959 г. уничтожено 12 волков, причем у отравленной 22 марта с.г. волчицы было обнаружено 7 зародышей волчат. В заключении следует сказать, что умелое применение фторацетата бария дает хороший эффект в том случае, когда охотник хорошо знает повадки зверя…”(6). За этими сухими, неэмоциональными строчками охотника-садиста можно видеть погибающую от жуткой боли и истекающую кровью волчицу, которая « абортировала выкидышами прямо в снег».
Волков используют также на притравочных станциях, где на них тренируют охотничьих собак для охоты . Вот как там поступают с волком : « Волка выпускают соструненного, т.е. с деревяшкой, вложенной между челюстями, чтобы он не мог кусаться. Но и в таком виде волк не скоро позволяет себя растерзать. Окровавленный, с перекушенным горлом и ободранными боками, он отчаянно мчится по кругу … Собаки впиваются ему в горло, треплют, терзают, рвут на куски, валят на землю и окончательно загрызают. Лужи крови на земле служат свидетельством торжества победителей» (7).
В книге В. Леонтьева <Охотничье собаководство> даются следующие рекомендации для притравки собак на волка : <В лесу, на одной из чистых полян, помещают волка. Для того чтобы он не убежал, на него надевают ошейник и прикрепляют цепь длиной 1,5 м. От места напуска к волку прокладывают искусственный волчий след. Для этого берут мешок, ранее находившийся в клетке волка. В него сметают опилки и солому, служившие подстилкой для волка. Приготовленный таким способом мешок протаскивается за веревку от места напуска до места привязи волка. Доезжачий, действуя с помощниками, подводит и останавливает стаю в ста шагах от места напуска. Сделав пятиминутную выдержку стаи, он снимает смычки и, подав команду <ко мне>, ведет стаю к месту напуска. Гончие, напав на след, выходят к волку, который при виде собак начинает метаться, чем сильнее возбуждает их. Стая, возбужденная гоном по следу, при виде мечущегося зверя набрасывается на него. Доезжачий, подоспевший в это время к гончим, поощряет их, покрикивая: <Хорошо, хорошо! Возьми, возьми!>. Когда с волком будет покончено, гончих берут на смычки, подкармливают и уводят.» (8).
Один из защитников животных с ужасом описывал состояние волка во время травли собаками : «Здесь боролось сильное и умное существо, ясно понимающее злобу врагов, готовое отказаться от борьбы, если б можно было уйти или тронуть врага покорностью. Окровавленные собаки катались по земле, цепляясь за волка, а тот все ниже и ниже сгибался, голова его работала слабее, а новые собаки набрасывались на него с новыми и свежими силами» (13).
Другой автор описывал как стая из десяти борзых расправляется с волчицей:
«Волчица тяжело дышала: ободранные, израненные бока, на которых видно было красное мясо, бились, как пульс; высунутый из окровавленной морды язык лежал на земле, с него текла красная пена. Но, странно, глаза ее не выражали свирепости, злобы; большие, открытые, они выражали скорее тоску и недоумение. Она смотрела на людей с каким-то удивлением, словно спрашивая, зачем здесь люди, и не понимая, что такое случилось « (13).
В охотничьих притравочных станциях волки осуждены на пожизненную муку.
Однако кроме травли волков для обучения охотничьих собак, охотники еще организовывали травлю волков на потеху публике. Чехов одним из первых выступил против этого позорного явления, описав его цинизм и жестокость : «Раскрывается третий ящик. Волк сидит и ни с места. Перед его мордой хлопают бичом. Наконец он поднимается, как бы утомленный, разбитый, едва влача за собою задние ноги… Осматривается… Нет спасения! А ему так жить хочется! Хочется жить так же сильно, как и тем, которые сидят на галерее, слушают его скрежет зубовный и глядят на кровь. Он пробует бежать, но не тут-то было! Свечинские собаки хватают его за шерсть, борзятник вонзает кинжал в самое сердце и – vae victis! {2} – волк падает, унося с собою в могилу плохое мнение о человеке…(…) Публике не нравится, что волка так рано зарезали… Нужно было волка погонять по арене часа два, искусать его собачьими зубами, истоптать копытами, а потом уже зарезать… Мало того, что он уже был раз травлен, словлен и отсидел ни за что ни про что несколько недель в тюрьме.» (14). Особенно резко Чехов обрушивается на кровожадную толпу зрителей, недовольных тем, что обессиливший волк лишил их возможности развлекаться подольше; травля напрямую связывается с садизмом.
Многие авторы, обсуждая подобную жуткую практику охоты на волков, писали о ее моральном разлагающем вреде для самих охотников, зрителей и общественной нравственности в целом. Не отрицая этого, мы все же хотим акцентировать внимание на моральном и физическом вреде для самих волков. Которые терпят жуткие страдания по вине охотников. Никто не имеет права мучить волков, заставлять их страдать.
Литература
1.G.C. Haber o polovaniu na wilki, 1997 // Dzikie zycie. — № 6.
2. Haber G., 1996, Biological, conservation and ethical implication of exploiting and controlling wolves, Conservation biology, v. 10, №4, p. 1068-1081/
3. Закон України « Про мисливське господарство та полювання «
4. Дриянский Е.Э.,2017, Записки мелкотравчатого, М.,168 стр.
5. Аксаков С.Т, 1987, Записки ружейного охотника Оренбургской губернии,М., Сов.Россия, 528 стр.
6. Июдин В.Г., 1959 , Как мы отравляем волков,Охота и охотничье хозяйство ,№ 9 .
7. Лисковский М., 2005, Жестокость к животным в XIX веке, Гуманитарный
экологический журнал, спецвыпуск, т. 7, стр. 58-62.
8. Леонтьев В., 1996, Охотничье собаководство, С-Пб.
9. Сетон-Томпсон, 1924Ю Темногривый Билли. История одного волка., 1924, Уралкнига, Екатеринбург, 36 стр.
10. Сетон -Томпсон Э,2015, Лобо, М., Клуб семейного чтения, 352 стр.
11. Толстой Лев, 2016, Война и мир, М., 960 стр.
12. Чертков В.Г., 1890, Злая забава. Мысли об охоте, Спб, 24 стр.
13. Ян М. Хельфант,( Опубликовано «Этот дикий взгляд. Волки в русском восприятии XIX века», http://flibusta.site/b/749383/read )
14. Чехов А., На волчьей садке https://lib.misto.kiev.ua/LITRA/CHEHOW/wolf.dhtml
28.01.2024
Рубрики: Нет - спортивной охоте!, Новости, Охрана волков