Садизм охотников, которым « весело» убивать животных

Владимир Борейко, КЭКЦ

 

Если зло не осмыслено, не осуждено и не наказано, оно обязательно возвратится. Убийство диких животных ради развлечения, которое еще называется спортивной или трофейной охотой,  является таким злом. К сожалению, пока еще законным.

Пришло время осмысления этого зла. Для этого мы будем цитировать  сами первоисточники, которыми являются охотничьи писатели.  Порой они , того не замечая, сознаются как в дикарских поступках в отношении к диким животным, так и в  садистском своем состоянии.

Сади́зм (назван по имени описавшего его Маркиза де Сада) в широком смысле — склонность к насилию, получение удовольствия от убийства,  унижения и мучения других. Людей или животных.

Нельзя считать нормальным состояние человека, при котором ему « весело» убивать.  Так об убийстве может отзыааться только человек с нарушенной психикой, другими словами садист. Однако, оказывается, что многие известные писатели-охотники были самыми настоящими садистами, так как им было « весело» убивать диких животных, и они получали массу удовольствия от убийства. В чем сами  признавались.

Известный русский писатель-охотник  Некрасов. Одна из популярных икон современных охотников. Убийство для этого любителя карточной игры-дело веселое. Ему  ВЕСЕЛО убивать !
«ВЕСЕЛО бить вас, медведи почтенные,- писал он в стихотворении « Пожарище».В другом своем стихотворении « Я люблю простор и барство» Некрасов пишет :
«Дорога моя забава,
Да зато и ВЕСЕЛИТ ;
Об моей охоте слава
По губернии гремит!»

В   « Записках ружейного охотника Оренбургской губернии «  другая икона современных охотников- писатель -охотник Аксаков хвастался–

-« Вообще стрельба перевозчиков нелегкая и не изобильная, но, по мне, очень ВЕСЕЛАЯ…».

-«Очень ВЕСЕЛО на дальнем расстоянии вырвать из станицы чистого пером, сытого телом прилетного гуся!»

-«А как ВЕСЕЛО ссадить косача метким выстрелом с самой вершины огромного дерева и смотреть, как он, медленно падая, считая сучки, как говорят, то есть валясь с сучка на сучок, рухнет, наконец, на землю!»

-« Охота с острогою имеет в себе даже много поэтического, и хотя люди, занимающиеся ею, по-видимому, не способны принимать поэтических впечатлений, но тем не менее они чувствуют, понимают их бессознательно, говоря только, что «ездить с острогою ВЕСЕЛО!».

В автобиографической повести « Детские годы Багрова-внука»  Аксаков, называвший себя « безумным охотником «, описывал как  однажды на охоте его отец убил несколько куропаток, то он, будучи еще мальчиком, « бросился ловить другую, подстреленную,-я чувствовал уже какую-то жадность, какую-то неизвестную мне РАДОСТЬ.  «.
. Описание « веселого» убийства характерно и для творчества русского поэта Георгия Иванова -
Охотник ВЕСЕЛЫЙ прицелится,
И падает птица к ногам.
И дым исчезающий стелется
По выцветшим низким лугам.
Заря розовеет болотная,
И в синем дыму, не спеша,
Уносится в небо бесплотная,
Бездомная птичья душа.

Третья икона современных охотников- писатель-охотник Тургенев также веселился на охоте. В  своих «Записках охотника»  Тургенева  говорит: «Утки шумно поднимались, “срывались”  с пруда, испуганные нашим неожиданным  появлением в их  владениях, выстрелы дружно раздавались вслед за ними, и ВЕСЕЛО было видеть, как эти кургузые птицы кувыркались на воз­духе, тяжко шлёпались о воду» (рассказ «Льгов”).

А в позднем рассказе для детей «Перепёлка», опубликованном Тургеневым  в 1881 го­ду,   подобная ситуация вызывала веселье уже не у взрослого чело­века, а у десятилетнего мальчика, которо­го отец взял на охоту: «Когда же раздавался выстрел и птица  падала, я всякий раз подпрыгивал на месте и даже кричал —  так мне было ВЕСЕЛО!» И далее: «Раненая птица билась и хло­пала крыльями то по траве, то в зубах Трезора — с неё тек­ла кровь, а мне всё-таки было Весело, и никакой жалости я не  ощущал. Чего бы я не дал, чтобы самому стрелять из ружья  и убивать куропаток и перепелов!»

Радостно  убивать животных было и последнему российскому императору Николаю Второму , которого в народе назвали Кровавым , а путинская православная церковь окрестила святым . Николай Второй 8 декабря 1891 г. убил своего первого лося и записал в дневнике « РАДОСТЬ  была огромная, когда я его повалил !».

Лев толстой в 37 лет записал в дневнике- : « Рано поехал на порошу, ПРИЯТНО  убил зайца «.  Правда после 50 лет Лев Толстой отказался от охоты.

Детский охотничий писатель ( бывают и такие) Соколов-Микитов в рассказе « На теплой земле « вспоминал о своей охоте в детстве «Я выстрелил в пухлую синичку, сидевшую на сухом сучке. Грянул выстрел, ружье толкнуло в плечо.Пополз синий дым,запахло порохом. Мертвая синичка повисла в развилке сучка.С диким ВОСТОРГОМ  кинулся я к моей первой добыче.Я чувствовал себя героем «.

Или еще подобный перл того же охотника-садиста:«С величайшим волнением я прицелился в птицу, сидевшую над моей головой. Двенадцатифунтовый глухарь упал почти на меня и чуть не сломал злополучному охотнику шею. Нужно сознаться: над этим первым убитым мною на току глухарем я ПЛЯСАЛ  И ПЕЛ , как настоящий индеец из куперовского романа…».

Современный поэт-охотник Владимир Семенов  тоже радуется убийству живого существа и не скрывает  этого :
Сраженный дробью, гусь упал
На поле убранной пшеницы.
Как я безумно ЛИКОВАЛ
Прервав полет желанной птицы!

Так охотничьи писатели расчеловечивают своих читателей.  Незаметно и постепенно. Прикрываясь описанием природных красивостей или вообще словоблудием. Внедряя в них ядовитую мысль что убивать живое существо ради развлечения не только не грешно, но даже еще и весело.

28.02.2024   Рубрики: Нет - спортивной охоте!, Новости