«Может быть, мои вопросы о ружье, об охотниках, об охотничьих обществах покажутся странными, — пишет он — Но нужно ли нам столько охотников, сколько их имеется у нас? Есть места, где все давно выбито, где осталась какая-то малость зверя и птицы. Возможно ли там допускать охоту, разрешать охотничьи общества, продавать оружие?».

Вопрос дельный и серьезный! Г.Еругин из Пензы тоже ведет речь об охотниках: «Я не понимаю, какое право избранных имеют наши охотники-любители на уничтожение живого в природе? Почему они получили это право избранных? Сколько их? Ведь меньше, чем тех, кто не стреляет зверя, птицу, не острожит и не глушит рыбу. Почему одна часть общества, не стреляющая и не убивающая птиц и зверей, должна оберегать природу, охранять ее, а другой, и притом меньшей, части общества дано какое-то сомнительное право уничтожать то, что бережет все общество?».

«Приходишь в ужас, когда узнаешь, сколько у нас в стране охотничьих обществ, — пишет читатель Д.Лагутин из Уфы. — В них не один миллион стрелков, и каждый что-нибудь убивает. А зачем все это? Ведь давно прошли те аксаковские времена, когда без боязни, что дичь убавится, можно было набивать за день до сотни уток, десятки рябчиков или зайцев. Нет теперь нигде такого количества дичи в центральных районах страны, а число охотников в них все растет и растет. Пожалуй, на мой взгляд, ни один браконьер не приносит столько вреда, сколько легально, открыто его приносят охотники-любители из размножившихся до бесконечности охотничьих обществ».

В самом деле, пустые ли все это вопросы? Попробуем разобраться в них.

Когда-то, а теперь уже можно сказать, в стародавние времена, когда дичи и зверя было много, а охотников мало, никому в голову не приходило говорить о запрещении охоты, о целесообразности разрешать или не разрешать охотничьи общества. Тогда говорили о восстановлении поголовья некоторых уничтоженных видов животных: бобра, выхухоли, зубра и других. Теперь же возникает тревога не только за восстановление некоторых утраченных видов животного мира, а за всю нашу живую природу, которая находится в опасности не в отдельных местах страны, а на огромной части нашей территории.

Читатель А.Китасов так пишет нам из Харькова:

«Приведу пример, как в один час можно превратить цветущий уголок в пустыню. Года три назад наш коллектив охотников поехал на открытие охоты в Вузовку, что от Харькова находится километров в ста пятидесяти. Это одно из лучших мест для водоплавающей дичи на Украине. И вот на пространстве длиной в 15 километров и шириной в три собралось около пяти тысяч охотников из Харькова и Днепропетровска. Все водоемы были густо усеяны охотниками на лодках, а по берегам охотники стояли на расстоянии 25-30 метров друг от друга в пять рядов. С рассветом началась дикая канонада. За утро в нашу пятую цепь прорвалась одна утка, один ястреб и два жаворонка. Часам к десяти утра все способное летать и плавать здесь было уничтожено».

Другое письмо пришло из Алма-Аты. Автор не охотник-любитель, а профессор Казахского государственного университета, заведующий кафедрой экспериментальной физики В.В. Чердынцев. К письму приложена вырезка из газеты «Алма-атинская правда» от 5 августа 1959 года. Озаглавлена она: «Подготовка к отстрелу сайгаков». Профессор в ней подчеркнул следующие выразительные абзацы:

«В прошлом году охотниками Алма-Аты и области было отстреляно около четырех тысяч сайгаков. Нынче нашим охотникам разрешается отстрелять сорок пять тысяч животных.

Отстрел будет производиться в районе Бет-Пак-Далы вблизи реки Чу, куда эти животные возвращаются из северных районов на зимовку.

Как показал опыт прошлых лет, лучшим способом является ночной отстрел картечью из машин с включенными фарами... Сайгаки обычно собираются на ночь в большие стада. Ослепленные фарами, они почти не разбегаются».

Профессор пишет: «Эта кампания очень похожа на ту, в результате которой погибли многочисленные стада бизонов в Северной Америке. Боюсь, что август этого года может стать и для сайги роковым».

И вот возникает вопрос, кто здесь браконьер: тысячи ли людей, вывезенных на истребление живой природы под Вузовку, за Харьковом, сотни ли охотников, призываемые газетой к истреблению сайги, или какой-либо один человек, браконьер, о котором мы чаще всего говорим?

И еще письмо их Алма-Аты, от В.Сазонова: «Раньше сайга была обычным животным и в Европе и в степях Украины. Чтобы сохранить ее, советские биологи много лет назад завезли сайгу на необитаемый остров Аральского моря Барсакельмес, где она сумела размножиться и по льду перейти в степи Казахстана. И вот теперь Алма-атинское общество охотников организует истребление сайги варварскими способами. Мне кажется, пора поставить вопрос о целесообразности всеобъемлющей организации охотников, то есть об охотничьих обществах, и об ответственности их за судьбы нашей природы. Слыхал я, что уже во многих областях нечего стало бить, а общества там все существуют».

Стоит призадуматься над этим письмом. Если присмотреться к тому, сколько у нас имеется по всей стране людей, вооруженных охотничьими ружьями, то окажется, что только в РСФСР семьдесят два областных, краевых и республиканских общества. Они делятся на районные и городские, «охватывая» семьсот пятьдесят тысяч стрелков. Прибавьте сюда охотничьи общества «Динамо», Советской Армии, и количество людей, вооруженных охотничьим ружьем вырастет неизмеримо. Учтите еще тринадцать охотничьих обществ союзных республик да людей, вооруженных ружьем «вольно». Не слишком ли много у нас охотников до охотничьих обществ? Вот и хочется поддержать читателя Д.Лагутина, который спрашивает: «Почему, в самом деле, наше советское общество, стремящееся сохранить природу страны, должно благоволить к этим людям и разрешать им уничтожать в личных целях то, что обществом оберегается и умножается?».

Кремль должен позеленеть*

А. Лебедева

Олимпийский выставочный комитет «Сочи-2014» обратился к вице-премьеру правительства РФ Александру Жукову с просьбой «оказать содействие в привлечении компетентных структур» для усмирения... экологов, протестующих против строительства олимпийских объектов в Сочинском национальном парке. К просьбе комитета вице-премьер отнесся внимательно и на днях перенаправил его обращение в МИД, МВД и ФСБ с просьбой «представить свои предложения».

Какие именно «меры воздействия» на защитников природы могут применить силовые структуры, не совсем понятно. Все свои акции — пикетирование здания Минэкономразвития в Москве и офиса «Газпрома» в Санкт-Петербурге, раздачу листовок в Краснодаре — экологи проводили совершенно законно. Так чего же в таком случае требует заявочный комитет от правительства? И на каком основании вице-премьер Жуков разослал поступившее в его адрес обращение во все инстанции? Судя по всему, он все-таки надеется найти управу не только на российские, но и на европейские партии «зеленых», которые недавно приняли отдельную резолюцию по Сочинскому национальному парку. А затем направили ее правительству России и в Международный олимпийский комитет.

Нетрудно представить, какую реакцию эта резолюция вызвала в Кремле: уже в будущем году МОК должен принять решение о месте проведения зимней Олимпиады 2014 года. Согласно Олимпийской хартии, один из критериев выбора — соблюдение всех условий по охране окружающей среды во время подготовки и проведения Олимпийских игр. Международный олимпийский комитет уже предупредил российскую сторону, что если протесты против строительства олимпийских объектов не прекратятся, вероятность победы Сочи в олимпийской гонке резко снизятся.

«Мы будем продолжать борьбу за спасение Имеретинской бухты, где, согласно планам заявочного Олимпийского комитета, должна развернуться гигантская стройка, — сказала «Новой» заведующая экологической секцией Сочинского отделения Русского географического общества Алла Юсупова. — Эта бухта — орнитологическая точка мирового значения, здесь гнездится 178 видов птиц, 20 из них (черный аист, лебеди редких видов) занесены в Красную книгу. Ни о каком строительстве тут вообще не может быть речи».