А.П. Семенов-Тян-Шанский и М.Н. Римский-Корсаков
О природе и музыке. Из эпистолярного наследия

Публикация подготовлена А. Стручковым
М.Н. Римский-Корсаков - А.П. Семенов-Тян-Шанскому (архив СПб отд. РАН. ф. 722, оп. 2, 890, лл. 210-211)

Дорогой Андрей Петрович,

Мне очень хочется повидаться с Вами, Вы, конечно, понимаете, по какому поводу. Мне крайне тяжело, что я своими неосторожно сказанными словами и уходом вызвал такое смятение в работе конференции. Сделал я это под влиянием аффекта и очень сожалею об этом. Из-за меня конференция, как мне рассказали, потеряла столько времени. Вчера я отправил письмо С.А. Зернову, где выражаю только что сказанное и говорю о том, что я совершенно не отказываюсь от современной работы, что постоянно получаю поручения и считаю, что участвую в строительстве. Я действительно разнервничался, знаю, это под влиянием острых претензий в связи в моим докладом, о чем я Вам расскажу при свидании. Во всяком случае я чувствую свою вину. Но те принципы научных исследований, о которых приходилось высказываться, я сохраняю полностью и отказаться от них не могу. Как натуралист и человек, любящий природу и красоту, не могу не ставить природу на первое место. Анализируя себя насколько это, конечно, возможно в отношении себя самого, вижу, что во мне живет это отношение к природе в силу наследствености. Подтверждение этого я чувствую вот и сейчас. Вчера исполнилось ровно 50 лет со времени первого исполнения "Снегурочки" и я слушал ее вчера в М...... театре. Я считаю эту оперу апофеозом природы и не могу без волнения и слез слушать эту песнь весны, солнца и любви... Когда я мог бы побывать у Вас, Андрей Петрович? Может быть, 15-го? Может быть, Вы порепетируете, Всей душой.

Ваш М. Римский-Корсаков.

Воспоминания
(Из дневника В.П. Семенова-Тян-Шанского).

В общем, услышав первый раз в жизни оперу, в сущности, так сказать, пейзажного содержания, я конечно уже по самой своей природе не мог остаться к ней равнодушен. Через год-другой "Снегурочка" сделалась моей любимейшей оперой на всю жизнь, и я старался не пропустить ни одного ее представления, тем более, что шла она не часто. Помню, как на каждом ее представлении я встречал и другого энтузиаста, композитора Чайковского, оживлено в антрактах растолковавшего ее каким-то молодым людям. (...). Для меня три местности стали как бы священными: Берендеево болото Переяслав-Залеского уезда Владимирской губернии, где зародилась народная легенда о Снегурочке, Щелыково в лесах Кинешемского уезда Костромской губернии, где Островский сочинял свою драматическу сказку "Снегурочку", Стелево Лужского уезда Петербургской губернии, где Римский-Корсаков воплотил эту сказку в музыкальные образы. Впоследствии я не раз втайне безрезультатно мечтал посетить все эти три местности, написать там этюды природы и по ним создать живописную картин Ярылиной долины во всем ее весеннем великолепии, когда в душе звучит последнее заклинание весны над заснувшей на несколько мгновений Снегурочкой...